Магазин Где искать информацию Написать письмо На Главную Форум
сайт научной школы    
Жаде З.А.
кандидат политических наук, доцент, зав. кафедрой теории государства и права и политологии Адыгейского государственного университета, докторант РГУ(г. Майкоп)


Дискурс геополитической идентичности в отечественной науке

Стремительные изменения в мире, связанные с нарастающими и весьма противоречивыми процессами глобализации резко обострили проблему идентичности. Сложности в осмыслении данного социального феномена связаны, с одной стороны, с многообразием его проявлений от микроуровня до макроуровня и, с другой стороны, с разнообразием исследовательских парадигм, обусловленных тем, что понятие «идентичность» приобрело полипарадигмальный и междисциплинарный характер.

Идентичность, являясь открытой системой и вбирая в себя различные виды, имеет множественный характер. Идея многоуровневой идентичности не нова в социально-гуманитарной науке. Так, М.Н. Губогло считает, что многоуровневая идентичность является частным случаем множественной идентичности, или множества идентичностей, в которой выделяются этническая, социальная, профессиональная, гендерная, гражданская, конфессиональная, имущественная, расовая [1]. Не возражая против выделения названных типов, необходимо заметить, что этот перечень не является исчерпывающим.

Представляется, что в многоуровневой идентичности особое место занимает геополитическая идентичность. Последнее десятилетие коренным образом изменило геополитическую ситуацию и актуализировало проблему формирования данного типа идентичности, которая стала предметом политологического дискурса.

Понятие геополитической идентичности, прочно вошедшее в политический лексикон, продолжает оставаться дискуссионным как в российской, так и западной политической теории. С этим понятием в науке сложилась достаточно парадоксальная ситуация. С одной стороны, оно стало общеупотребимым и используется в публицистике, журналистике, выступлениях политиков, к нему обращаются представители различных наук. С другой стороны, его практически невозможно встретить в словарях, справочных изданиях и в учебных пособиях, нет работ, посвящённых анализу данного понятия, не определён его категориальный статус. Уяснить употребление этого термина не всегда просто, как правило, приходится исходить из общего контекста той работы, в которой он используется.

Единственное определение геополитической идентичности содержится в Новой философской энциклопедии, в которой она рассматривается как «комплекс географических признаков государства, которыми, несмотря на исторические изменения его границ, определяются не только его место на карте, но и особенности его внутренних и внешних связей. Геополитическая идентичность государства не всегда гармонирует с его актуальной геополитической ролью: последняя может иногда эту идентичность вуалировать» [2]. Представляется, что данное определение не является исчерпывающим с точки зрения теории и практики геополитики, поскольку имеет не концептуальный, а описательный характер, не выражающий сущности данного феномена.

Политологическая трактовка идентичности дана А.А. Кара-Мурзой, который демонстрирует дуализм российской идентичности, содержащийся в синтезе цивилизационной (этнокультурной) идентичности и геополитической идентичности (связана с историческим занятием евро-азийской географической платформы), функционирующих в комплексе, дополняя друг друга [3].

В силу отмеченного выше, необходимо подчеркнуть, что отсутствие трактовок анализируемого феномена требует самостоятельного рассмотрения ее сущности, установления терминологической определенности, а нарастающая частота использования термина подтверждает практическую потребность в этом.

В целях понимания сущности геополитической идентичности необходимо предварительно остановиться на вопросе о том, что такое идентичность. Понятие идентичности, как и многие понятия политической науки, имеет множество разных определений, в зависимости от особенностей дисциплинарного и концептуального подходов. Представляется необходимым вспомнить, что под идентичностью понимают способность к самотождественности, которая позволяет ответить на вопрос «кто я?» или «кто мы?» в зависимости от уровня идентификации. С. Хантингтон считает, что «идентичность – самосознание индивида или группы. Она представляет собой продукт самоидентификации, понимания того, что вы или я обладаем особыми качествами, отличающими меня от вас и нас от них…» [4]. Интересующее нас измерение с позиций геополитики предполагает понимание идентичности как самотождественности с определенным политическим и социокультурным сообществом.

Исходя из этого, геополитическую идентичность можно рассматривать как специфический вид идентичности и ключевой элемент конструирования социально-политического пространства, которая может служить основой для особого восприятия общенациональных политических проблем. Под геополитической идентичностью следует понимать самобытность той или иной страны и ее народа, а также место и роль этой страны среди других и связанные с этим эндогенные и экзогенные представления.

Важнейшей особенностью России является отсутствие геополитического консенсуса в обществе. «Кто мы?» – не только в культурно-цивилизационном, но и в геополитическом отношении? Какова наша «географическая» ниша, «платформа» в мировом пространстве? Где наш дом, который предстоит защищать и обустраивать? На это обстоятельство указывает С. Хантингтон: «…в России «глубочайший кризис идентичности» воскресил конфликт девятнадцатого столетия между западниками и славянофилами – противники никак не могут договориться, европейская ли страна Россия или все-таки евразийская» [5].

Никогда ранее в мировой истории проблема идентичности не стояла столь остро и не охватывала практически все государства и народы мира. Кризис идентичности приобрёл такие формы и масштабы, что его преодоление для многих означает не только выбор адекватной конкурентоспособной стратегии развития, но и превратилось в вопрос выживания.

Последствия глобализации для геополитической идентичности весьма противоречивы. Она создаёт как новые, невиданные ранее возможности для развития и процветания различных стран, так и новые, крайне опасные вызовы и угрозы. Для России, находящейся в стадии социально-экономической трансформации, и одновременно сохраняющей по объективным причинам преемственность своих не только региональных, но и глобальных интересов, все эти положения являются особенно важными и актуальными.

С одной стороны, глобализация делает прозрачными границы между народами и государствами, ставит под вопрос прежнюю роль национального государства и связанную с ним национальную составляющую идентичности. С другой стороны, та же глобализация, способствуя сближению и интеграции различных социальных и этнических общностей, усиливает потребность в определении своей цивилизационной и геополитической идентичности.

В современных условиях особую значимость для России приобретает разработка внутригосударственной геополитической концепции, учитывающей всю сложность проблематики геополитической идентичности. В связи с этим геополитическое измерение идентичности представляется весьма перспективным направлением в современной науке.



1. См.: Губогло М.Н. Идентификация идентичности: Этносоциологические очерки / М.Н. Губогло. – М.: Наука, 2003. С. 29.
2. Цымбурский В.Л. Идентичность геополитическая // Новая философская энциклопедия. В 4 т. / В.Л. Цымбурский. – М.: Мысль, 2001. Т. 1. С. 79.
3. См.: Кара-Мурза А.А. Кризис идентичности в современной России: возможности преодоления // Реформаторские идеи в социальном развитии России / А.А. Кара-Мурза. – М.: ИФ РАН, 1998. С. 124.
4. Хантингтон С. Кто мы?: Вызовы американской национальной идентичности / С. Хантингтон. – М.: АСТ, 2004. С. 50.
5. Хантингтон С. Указ соч. С. 36.




Рейтинг ресурсов УралWeb Издательский дом "Дискурс-Пи" | Адрес: 620102, Екатеринбург, ул. Посадская, 23, офис 233 | Тел.: +7 (343) 233-75-60 | E-mail: webmaster@drploko.rudiscourse-pm@drploko.ru