Магазин Где искать информацию Написать письмо На Главную Форум
сайт научной школы    

 

О научной школе     Альманах "Дискурс-Пи"     Выпуск 7      Новый левый дискурс

Шабуров Алексей Геннадьевич
студент факультета политологии и социологии УрГУ


КОНЦЕПТ (НЕ)СПРАВЕДЛИВОСТИ В НОВОМ ЛЕВОМ ДИСКУРСЕ

Для левого дискурса концепт справедливости, в первую очередь социальной, всегда был крайне важен. Действительно, само словосочетание «социальная справедливость» изначально воспринимается как нечто левое – во многом за счет того, что мы чаще всего слышим его от политиков и идеологов, так или иначе причисляющих себя к левым силам. Однако можем ли мы утверждать, что левый дискурс предполагает какое-либо определенное содержание справедливости, или же следует говорить лишь о неких идеологических интерпретациях данного концепта, не выходящих за рамки привычной идеологической борьбы? Кроме того, необходимо понять, какова логика использования концепта справедливости – другими словами, каким образом он оказывается встроен в структуру левого дискурса и какова его функциональная нагрузка.

Поскольку справедливость является сущностно оспариваемым понятием1, то она не может быть монополизирована какой-то одной идеологией либо идеологическим направлением. Более того, в политическом плане (в отличие от морально-этического и социального) справедливость можно назвать «пустой концепцией» – в том смысле, что её можно наполнить самыми разными, порой прямо противоположными, значениями, и все они будут иметь право на существование в политико-идеологическом пространстве. И здесь левый дискурс не имеет преимущества перед остальными, он не способен сделать справедливость «своей» идеей, точно также как либерализм не смог сделать «своей» идеей свободу, будучи вынужденным в конечном счете обратить свое внимание и на равенство, и на ту же справедливость. И в этом плане показателен тот факт, что в политической теории конца ХХ века наибольшее распространение получили именно либеральные трактовки справедливости.

Однако на уровне «обыденной идеологии», в конкретной политике, ситуация несколько иная. Справедливость по-прежнему связана с левым дискурсом, и набирающие силу новые левые движения не спешат отказываться от её использования. В таком случае, необходимо выяснить, чем оказывается наполнен этот концепт, какие смысловые нагрузки он несет, а конкретнее – какой общественный порядок, какую политическую систему левый дискурс понимает как справедливую, и как эта справедливость может быть достигнута. Для этого следует обратиться непосредственно к идеологическим текстам, в нашем случае – к речам и произведениям наиболее популярных левых политиков и теоретиков последних лет.

В частности, рассмотрим текст выступления президента Венесуэлы Уго Чавеса под названием «Многополярный мир как глобальная альтернатива. Взгляд Венесуэлы». Уже из заглавия понятно, что справедливость для Чавеса – это многополярный мир, что справедливость может быть реализована только в глобальных масштабах, и что справедливость – это альтернатива существующему мировому порядку, который автоматически оценивается как несправедливый. Эти три положения присущи всему новому левому дискурсу, а особенно его латиноамериканскому варианту.

Далее, Чавес говорит о «равновесии, мире и гармонии» как о характерных чертах справедливого мирового порядка2, но очевидно, что никакой нагрузки, кроме эмоциональной, это утверждение не несет. В качестве конкретных инструментов достижения справедливости предлагается революция и последующая национализация крупной промышленности (что и было осуществлено в Венесуэле) – традиционные левые рецепты, применявшиеся в истории неоднократно, но так и не приведшие к торжеству справедливости.

Мы видим, что такая интерпретация справедливости не является слишком оригинальной и по идее не должна приносить каких-либо политических дивидендов политическим силам, использующим её. Но очевидно, что это не так – иначе бы нам не пришлось говорить о новой волне левого движения. Более того, если мы обратимся к другим идеологическим текстам левого толка, мы увидим примерно ту же картину. В частности, известный теоретик антиглобализма Ноам Хомский видит справедливость «в самостоятельных действиях трудящегося народа и в идеях и практической деятельности свободолюбивых социалистов»3, но и такой интерпретации явно недостаточно для наделения справедливости какими-либо конкретными политическими характеристиками, тем более, носящими системный характер.

Все вышесказанное не позволяет нам говорить о левом дискурсе как о дискурсе справедливости, и взаимосвязь этих дискурсов, судя по всему, несколько сложнее. Дальнейший анализ позволяет нам утверждать, что мы имеем дело с особым дискурсом, который можно условно назвать дискурсом (не)справедливости – что должно подчеркнуть факт взаимной увязки концептов справедливости и несправедливости, являющейся одной из характерных черт левых идеологий.

В самом деле, описанию различных форм несправедливости в левом дискурсе уделяется больше внимания, чем предложениям по реализации проекта справедливости. Так, и Чавес, и Хомский критикуют неолиберализм как идеологию глобальной несправедливости, закрепляющую угнетение, подавление и неравенство в планетарном масштабе. В данном случае важны не конкретные интерпретации, а сам факт обращения к несправедливости – причем обращения в форме обличения, направленного на различные социально-политические явления, так или иначе знакомые большинству общества.

Обличение несправедливости выполняет в левом дискурсе несколько функций. Во-первых, оно постоянно служит актуализации левой идеологии, не позволяет ей оторваться от политической реальности, в которой всегда находится что-то, что можно назвать несправедливым. Во-вторых, такое обличение создает сильный эмоциональный заряд, вызывает у аудитории левого дискурса чувство неприятия существующего положения вещей, что в дальнейшем позволяет предлагать обществу те или иные проекты преобразования имеющейся социально-политической системы, которые могут иметь различную степень радикальности, но при этом неизменно носить деструктивный по отношению к этой системе характер.

Кроме того, такое пристальное внимание к несправедливости позволяет левым идеологам обходиться без подробной интерпретации справедливости, что, безусловно, расширяет круг сторонников или, как минимум, симпатизирующих. Сначала аудиторию привлекает яркое и эмоциональное обличение несправедливости и стоящих за ней сил (а они обязательно должны там стоять, ведь в противном случае в несправедливости некого будет обвинить и, следовательно, не с кем будет бороться); затем следует не менее красочное, но менее содержательное описание будущего, справедливого, мирового порядка – причем оно подается в таких терминах, с которыми трудно не согласиться.

Поскольку интерпретация справедливости в левом дискурсе всегда следует после интерпретации несправедливости, то создается ощущение её (справедливости) большей значимости, приоритетности для данного дискурса, что и позволяет нам в итоге думать о справедливости как о преимущественно левой концепции, хотя, как мы видели, это не вполне верно.

Описанная роль концепта (не)справедливости позволяет нам лучше понять причину политических успехов новых левых движений. Во-первых, стоит отметить, что в своей диагностике существующих социально-политических проблем левые идеологи не так уж не правы – поэтому придание этим проблемам необходимой негативной эмоциональной окраски позволяет привлечь на свою сторону огромные массы людей, уже почувствовавших эти проблемы на себе.

Во-вторых, современный мировой порядок позволяет говорить уже о глобальной несправедливости, то есть бороться сразу со многими врагами – с Вашингтоном, с транснациональными корпорациями, а также (при определенном уровне фантазии) с хорошо всем знакомой «мировой закулисой». Кроме того, с этими врагами можно бороться исключительно виртуально, при этом извлекая из этой борьбы реальную политическую выгоду, в первую очередь, в виде электоральной поддержки. Кроме того, акцент на глобальных проблемах позволяет не обращать внимания на проблемы локальные либо списывать эти локальные проблемы на очевидную для всех мировую несправедливость.

В-третьих, можно говорить о том, что новая левая идеология, вооружившись по-новому интерпретированным концептом (не)справедливости, заполняет образовавшийся в конце ХХ века идеологический вакуум, нарушает некий идеологический консенсус – привлекая тем самым на свою сторону заскучавших было радикалов, в первую очередь, среди молодежи.

Таким образом, концепт (не)справедливости позволяет новому левому дискурсу сочетать как конструктивные, так и деструктивные черты, обходя тем самым многие противоречия, с которыми сталкиваются другие идеологии и движения. Сейчас пока трудно говорить о политических последствиях распространения этого дискурса – возможно, мы будем свидетелями победы левых сил в тех или иных странах; но можно утверждать наверняка, что в итоге мы вряд ли станем свидетелями исчезновения несправедливости или торжества справедливости, а значит, воспроизводство идеологического дискурса неизбежно продолжится.

1. Ильин М.В. Слова и смыслы. Опыт описания ключевых политических понятий. – М.: РОССПЭН, 1997. С. 318.
2. Чавес У. Многополярный мир как глобальная альтернатива. Взгляд Венесуэлы // Свободная мысль-XXI, 2005, № 2. С. 8.
3. Хомский Н. Прибыль на людях. – М.: Праксис, 2002. С. 60.




Рейтинг ресурсов УралWeb Издательский дом "Дискурс-Пи" | Адрес: 620102, Екатеринбург, ул. Посадская, 23, офис 233 | Тел.: +7 (343) 233-75-60 | E-mail: webmaster@drploko.rudiscourse-pm@drploko.ru